Иаков и борьба

Где может родиться заметная и впивающаяся мысль, как не в вопросах, диалогах и общении. И именно таким способом яркий и запоминающийся момент из жизни патриарха Иакова всплыл в разговоре. 

Вот казалось бы идет Иаков через реку, видит в реке в реке рак, и начинается борьба, Сразу спойлер: с ним боролся Бог, вернее некто, неназванный или, скажем так, названный Священным Писанием словом “Некто”, и, со слов Некто, Писание нам передает что Иаков боролся с Богом и победил Его, и теперь на доске почета имеет новое имя: “Израиль”, “Герой Бога”.

В чем же была причина, чтобы подойти к человеку в пути и начать бороться с ним и проиграть у него и дать ему новое имя?

Отложим пока всё что касается новых имен, к чему бы оно было, как имя так и сам процесс переименования, и как древние и восточные народы к этому относились. Отложим пока всё это специальное знание и пусть оно полежит в стороне спокойно, пока мы будем смотреть на нашего героя во всех смыслах этого слова. 

И сначала про то, в какой ситуации он был, попал, в общем, так или иначе, куда его привели его жизненные обстоятельства, его жизненная позиция. 

Иаков бежал. Бежал “от” и бежал “к”. “От“ — от чуждого ему мира, которому он не принадлежал и попал в который он только по одной причине, чтобы получить возможность создать потомство. И находился он в этом зазоре, в этом растянутом, скажу так — распятом состоянии уже с момента, когда посмотрел на своего уставшего до изнеможения старшего брата и на тарелку своей вкусной похлебки, а потом посмотрел на тарелку похлебки и потом на брата. И он совершил невозможное для себя: купил себе, второму сыну первое сыновство. 

Немного в ином контексте и совсем в другое время, Один Великий (не просто) Человек скажет другому человеку: “тебе надо родиться заново”, а другой уточнит : “войти в утробу матери и родиться еще раз?”, а Великий ему ответит: “а ты разве не читал Писания?”. Но это немного иная история и лучше её обдумать отдельно, пусть она пока полежит вместе с другим специальным знанием в стороне.

И дальше жизнь Иакова всё больше и больше разрывает, растягивает его самого. 

Вот он теперь первый сын, хотя он второй сын.

Вот его отец всё равно хочет продавить благословение первенца не на него. И жизнь растянула Иакова еще сильнее, ведь теперь и первенство в роду и благословение первенца на нем. 

Вот теперь у него задача продлить свой род, ведь благословение Авраама, через благословение уже Исаака, отца Иакова, и состоит в наполнении всей страны, по которой сейчас ходят он и его отец, его родом, уже его собственными потомками.

И мы подошли к моменту “ОТ”, когда Иаков бежит от того мира, где он, придя в него, взял благословение этого мира. Взял жен, родил через них почти всех своих детей.

Но ярость чуждого мира не давала ему возможности жить. Не просто жить каким то путем, но вообще жить. Взгляд его случившихся родственников “стал другим”. 

Но накал этого растягивания не ушел. Даже когда родня и, догнавший его и получивший во сне от Бога прямой приказ “не говорить зла Иакову”, тесть, поставив между ним и собою “Наблюдающий за ними жертвенник”, то есть “Наблюдающее за тобою и за мною Божье присутствие на земле”, поставив в итоге водораздел между миром ОТ и миром К, ушли, накал только усилился. 

Так как теперь у Иакова и у его рода уже нет запасного плана вернуться в мир ОТ. 

А какие у него были шансы жить в мире К ?

Не из самой истории, которую мы можем перелистнуть и увидеть финал ситуации, но лично для самого Иакова, находящегося внутри кризиса и разлома его жизни и жизни всего его рода?

Личные поступки будущего героя скажут нам, что никаких шансов он не видел. А готовился в момент встречи с Богом к самой настоящей резне. Так как призрачно над ним всё больше и больше висела тень старшего брата, не поставившего ни во что своё собственное первенство в роду, но при этом открыто, перед узким кругом лиц, говорившего о братоубийстве, как единственном средстве вернуть своё место в истории.

Растянутый или сжатый, между мирами, где ему, старейшины этих миров, пообещали смерть. Оказывается на водоразделе. Как в переносном, так и в буквальном смысле. 

Берег реки, естественная граница между мирами, и рассвет, естественная граница между временем. 

Что там, в этом новом времени и что там в этом новом мире? Мир так устроен, что нет внутри мира ни для кого ответа, проснется ли он после того как заснет, вернется ли он домой, после того как поедет в отпуск на море. 

Пустота этого незнания побуждает, толкает нас на создание, конструирование своего мира, где можно это предсказать, увидеть, потрогать наше будущее на расстоянии вытянутой руки. Но и внутри таких миров мы выпадаем в водоразделы пустот. 

Некоторые проваливаются в ямы депрессий. 

Некоторые уводят себя в забытие ядами и прочими подобными психотропными веществами. 

И выходом для Иакова стала борьба. 

Любой настоящий выход есть борьба. 

Чтобы что-то по настоящему началось должна произойти борьба. 

Чтобы написать страницу настоящих мыслей в тебе должна произойти пинающая тебя изнутри борьба.

Как пишет мыслитель: “Жизнь — это усилие во времени”. А усилие всегда борьба, а борьба это всегда усилие.

И борьба она никогда не против кого-то, но она всегда за жизнь. 

Духовное усилие всегда является усилием к чему-то. К смыслу, к жизни, к благословению. Вся борьба в этом мире выглядит, как борьба против, и это правда, но это не истина.

Точно также как факт, что Солнце делает круг вокруг Земли является правдой, но не является истиной. Искренне надеюсь здесь на вдумчивость читателя, кто задумается над этой загадкой. 

Так как то что видится как борьба против противника, есть как минимум борьба за славу сильного над слабым. 

И победивший Самого Бога уже властен на всеми мирами К которым он идет, и этим приобретает себе новое имя, новый смысл, новую сущность.